Карта Карпат
В-Карпатах - всё об украинских горах Карпатах - статьи, фото, другие материалы.

Поход казаков в Венгрию и Словакию

Поход казаков в Венгрию и Словакию



В письме к королю от 24 сентября Мария Казимира предлагала установить «свою почту», т.е. почтовой связи между Краковом и польским обозом в Венгрии, для чего просила у короля выделить 20 казаков. С реляции священника Бернарда Брулига, который был настоятелем одного из христианских монастырей на территории Моравии в Словакии, знаем, что из-за его «монастырь» во второй половине сентября маршировали казацкие полки. 28 сентября Ян III Собеский сообщал о том, что в его армии, которая находилась недалеко от городка Сан-Петер, присоединились полки Я. Вороны и Я. Менжин-ского. Полковнику Семену ( С другими казацкими подразделениями предписывалось идти «обычной дорогой за другими». Кстати, в пи-слявиденському походе участвовал и другой Семен.

Итак, где-то 26-27 сентября в армии Речи Посполитой влилось около 1 тысячи 400 казаков. Казацкое войско в составе армии Речи Посполитой делилось на полки, которые в свою очередь делились на сотни, а те - на курени. Украинские подразделения сначала подчинялись польному гетману Короны Польской М. Синявскому, а после его болезни - великому коронному гетману С. Яблоновском. Неизвестно выбрали согласно обычаю прибывшие в Венгрию казаки наказного гетмана. Очевидно, что непосредственное командование осуществлялось полковниками, которые собирались на военные (производные) старшинские совета. На эти советы традиционно также допускались генеральный писарь и военный судья. Полковники командовали с помощью среднего офицерского (старшинского) состава, в который входили: полковые писарь, есаул, хорунжий и сотник. Своя старшина была и в казацких сотнях, которую кроме сотника представляли сотенные есаул, хорунжий и атаман. Низкие звено представляли «служивые молодцы», из которых предназначались флажный, пушкари, довбыш и трубач. Отдельные казаки выполняли роль врачей, которых называли цирюльниками. Обычно во время похода в казацком войске был и свой священник - капеллан.

На начальном этапе послевенском похода король неоднократно к своей жене с просьбой как можно быстрее прислать ему казаков: «Сколько уже есть тех там казаков, пусть уже идут скорее с Лиивою, для лучшей их безопасности». Учитывая, что королевское войско в результате потерь в боях и в результате болезней значительно уменьшилось (источники свидетельствуют, что в ней осталось только 16 тысяч воинов), нетерпение Яна III Собеского было вполне мотивированным. 27-29 сентября польские и украинские части предприняли переправу через большой Ржаной Остров (болотистая территория междуречья между Дунаем, Малым Дунаем и Весам), а уже 2 октября авангард армии дошел до городка Комарна. Здесь опять между польскими и австрийскими военачальниками состоялось совещание относительно дальнейшего движения союзнического войска, на котором было решено идти в направлении Эстергома.

По сообщениям тогдашних европейских «новостей» (требующие дополнительного подтверждения), пока христианские союзники двигалась вдоль Дуная, несколько казацких подразделений совершили самостоятельный поход в направлении турецких владений в Боснии. Перейдя реку Саву, украинские нанесли туркам немало вреда, но на обратном пути, во время переправы были атакованы турецким отрядом и потеряли несколько десятков казаков. В это же время казацкие разведчики были разосланы в направлении крепости Заборы, куда двигались основные части армии Яна III Собеского. 6 октября войско Речи Посполитой уже в 20 км от забора, а на следующий день, в четверг, королевская армия приблизилась к городку. Выслан во главе передовой разведки коронный стражник С. Бидзиньський, возглавлявший две драгунские хоругви, получил приказ короля собирать на Дунае лодки для Тиэ {иейачи их казакам, которые должны были обеспечить переправу. Кроме того, планировалось участие казацкой флотилии в возможных локальных схватках с турками на реке Гран, которая протекала поблизости. Сам город окружали деревянно-земляные укрепления со рвами и валами с частоколом. Польская разведка не успела сообщить короля о приходе под Заборы пятитысячный подразделения Кара Мехмедом-паши, а потому в первой битве под этим городком войска Речи Посполитой потерпели ощутимое поражение. Поляки и украинские потеряли убитыми от 500 по одним сведениям, и до 3 тысяч человек - в других. Сам Ян III Собеский убежал с места проведения боя в окружении лишь семи шляхтичей, среди которых был и луцкий староста А. Мянчинський.

Через два дня, в субботу 9 октября, состоялся решающий бой с войском Кара Мехмедом-паши, которое увеличилось до 14 тысяч человек. Войска европейских союзников насчитывали около ЗО тысяч воинов. Фронт битвы растянулся почти на 5 км: Победить их удалось благодаря удачному маневру польской королевской пехоты во главе с В. Лещинским и В. Щукой и казацких подразделений Я. Вороны и И. Межинский. Они неожиданно ударили в северный фланг турок и вынудили их отступить. Современниками тихьподий, в частности же Яном III Собеским и австрийским императором Леопольдом I Габсбургом, эта битва оценивалась даже выше исторический бой под стенами Вены. Ведь в битве под Парканами погибло около 9 тысяч турок во главе с бейлербеем Боснии Гизир-пашой и бейлербеем Караман Мехмедом пашой. В плен было взято около 1 тысячи 500 мусульман вместе с бейлербеем Силистрии Мустафа-пашой и бейлербеем Сиваш Галилее-пашой.С. Величко, на основе тогдашних «летучих листков» описал такую карту на двух сражений вблизи забора: «Король ... со всем своим конным войском сразу пошел налегци в погоню за турками к замкам Новых забором. Но тгГм фортуна ему отменилась, так хотя было забито 6 000 янычар, однако конные гурки, собравшись в большом числе, крепко и сердито забили польские и казацкие войска и, сломав их, сделали им значительный ущербок, где и самому королю с сыном пришлось бы выпить невольничьих или смертную чашу, если бы свои воины не дали ему в том случае спасение. Когда потом сзади подоспели немецкие и польские войска с обозом, пехоты и пушками, турок было к остальным сломлено и изгнана до Стригона  ».

Учитывая значительное участие украинских казаков в этой битве, король позволил им забрать с спешно оставленного османским гарнизоном забор все имеющиеся материальные ценности. После чего город был сожжен. Современники свидетельствовали, что турки панически бежали из города и скопились на мосту через реку Гран. Тот не выдержал такого количества людей и упал, а много турецких солдат попадал в реку и выплыло на острова. Однако там их «желающими казаками, вплавь за ними отправились, на островах полностью уничтожены». Во время переправы через Дунай близ венгерского города-крепости Эстер-ние (в источниках различного происхождения упоминается как Ештергом, остриг, стригите, Стригониум, Стригон, Стригонь и др.)., Который находился на противоположном берегу напротив Забор, казаки полковника Я. ворон не смогли взять в плен турка на другом берегу реки, что вызвало недовольство короля. В письме от 15 октября Ян Игги Собеский, при строительстве моста через Дунай, гласила: «... Пробовали носом воды Казаки, если бы были на той стороне что-то хорошо сделали, языка взяли бы: но то канальи и не надо никакого надежду на них возлагать. Сами особенно Ворона признались, что это они простых мужиков затянули, не Казаков, потому так быстро Казаков не могли достать. Жаль, Боже, только деньги! ... ». Очевидно, что среди почти полутора тысяч человек, которых завербовали Я. Менжинский и Я. Ворона рядом с казаками из Правобережья и Запорожской Сечи были и украинские крестьяне («простые мужики»). Однако вскоре польский монарх сменил гнев на милость - в письме от 20 октября Сторон отмечал, что его в то время волновали три мнения, одна из которых была об усилении его армии украинскими казаками.

Однако через некоторое время неумелые действия крестьян с Правобережной Украине снова вызвали монаршее недовольство: «... Эти бездельники трусы недостойны, чтобы о них думать, а не только писать и заботиться о них». Правда, украинские не были исключением, ведь одновременно Ян III Собеский сердился и на польскую шляхту, отмечая, что «офицеры неразумные, небрежные, непильни, сами на них жалуются и кричат воины, особенно в драгунии».Вскоре «казацкая честь» была спасена. 27 октября украинские отличились во время осады и штурма Эстергома. Надо отметить, что этот город обороняли около 7 тысяч турецких солдат. Поражение под Парканами заставила турок направить на помощь гарнизону Эстергома элитные отделы бей-лербея Анатолии Газинедара Гасана-паши. На военной совещании великий визирь Кара Мустафа очень беспокоился о состоянии обороноспособности крепости. Перед штурмом Эстергом к польско-австрийских сил наконец присоединились немецкие полки (более 5 тысяч чел.) С Бранденбурга и Баварии во главе с электора Максимилианом II Эмануэлем, которые шли из-под Вены.

О действиях украинского полка Апостола под Парканами и Эстергома рассказали впоследствии рядовые казаки, которые входили в его подразделения: «... Ходили под Пархан и под Стригон и взяли те города». Кроме того, участие подразделений украинского казачества в штурме Эстергома свидетельствует и информация из «Дневника занятия Стригоня в 1683 г.» неизвестного автора. Рукопись был разыскан историком Янушем Волынский среди бумаге? семьи Пжезьдецькнх в Варшаве. С. Величко совершенно верно описывал ситуацию поблизу этой крепости, когда поляки, австрийцы и украинских турок «не без своего ущербу закончили - одни упали на землю от христианской оружия трупом, а другие утонули в Дунае: сломался был мост; город же Стригон досталось тогда в христианские руки ».О большом значении Эстергом, который в эпоху позднего средневековья был одной из резиденций венгерских королей, для турок свидетельствует тот факт, что получив известие о его потере, султаном Мехмедом IV, в то время находился в Белграде, накадав казнить командующего османской армией в Европе и своего великого визиря Кара Мустафы.

Читайте также: