Карта Карпат
В-Карпатах - всё об украинских горах Карпатах - статьи, фото, другие материалы.

Гетьман Иван Самойлович

Гетьман Иван Самойлович


17 июня 1672 p., На Генеральном совете в Казацкой Дубраве под Конотопом правителем левобережной части Украинского гетманства был избран  Иван Самойлович. Вместе со старшиной он составил присягу на верность московскому царю Алексею Михайловичу, подтвердил пеложення Глухивских статей 1669 и подписал новые -Конотопа статьи, которые определили характер отношений между гетманатом и Российской короной. Согласно четвертой статье украинских-российского договора 1672 p., Украинский гетман и его окружение принимали обязательства «... без указа Великого Государя И. Ц. В.  и без совета старшины к посторонним монархов ни о чем не писать и с устными своими присйлкамы сноситься не пытаться ». Хотя определенные ограничения. В ведении внешней политики и не позволяли Самойловичу активно влиять на соотношение сил в восточноевропейском регионе, это компенсировалось за счет постоянного участия украинской дипломатии в подготовке проведения московско-польских или московско-турецких переговоров, о чем пойдет речь далее.

В конце января 1674 левобережные казацкие полки под предводительством самого Самойло-вича и московские войска во главе с боярином Г. Ромодановским переправились через Днепр и начали отвоевывать «тогобични» города и поселки. 17 марта в Переяславе состоялась объединенная Генеральный совет, на которой полковники семи правобережных (Белоцерковского, Брацлавского, Каневского, Корсунского, Паволоцкого, Тарговы-цького и Уманского) и представители всех левобережных полков выразили желание «сделать гетмана Ивана Самойловича на обеих сторонах Днепра единственным гетманом всем Войском Запорожским »и чтобы московский царь принял их в подданство« на таких же статьях », как и Левобережную Украину. Здесь также был заключен Переяславские статьи, в основном повторяли положения Глуховского и Конотопского договоров Украины с Россией. В первой статье «Переяслав - С» сразу же уточнялось, что« кроме царя и его детей, у турецкого султана и у крымского хана, и ни у одного из соседних монархов в подданстве не быть ». Ромодановский от имени своего монарха заверил правобережцив, что они будут «в подданстве у Великого Государя на прежних правах и вольностях, и ничем их права и вольности нарушены не будут». Фактически Самойлович и не успел полностью овладеть Правобережьем ^ а его население - «удовлетвориться» царской протекции, поскольку с помощью многотысячных войск Османской империи эта часть гетманства вновь оказалась под властью П. Дорошенко. Кроме того, на правобережные земли вступила армия Речи Посполитой, активно противостояла не только мерам султана и царя, но и действиям обеих украинских гетманов.

Возвращение себе «потерянной» части гетманата стало одной из главных задач внешней политики правительства И. Самойловича. «Нам, Войску Запорожскому, та сторона Днепра принадлежит», - неоднократно заявлял он в течение своего правления иностранным владельцам, осознавая свое правопреемство на владение правобережными землями, которые стали ареной военной борьбы между Варшавой, Москвой и Стамбулом. В письме от 18 сентября 1676 до охотницкого полковника И. Новицкого он писал: «... Богу от всех да будет благодарение, поневаж отчизну нашу Розторг-Нену Украины привел под единого монарха и региментом  в соединения ». Эти слова были определяющими для всего периода правления И. Самойловича.

Получив известие о возможном наступление турок на Правобережье, гетман И. Самойлович еще с осени 1676 начинает активную подготовку к отражению вражеского нападения, в результате чего были укреплены самые южные города, а также две тогдашние столицы Украины - Киев и Чигирин. Вследствие таких действий гетмана в Чигирине был сформирован достаточно большой гарнизон из 7 тысяч казаков и 5 тысяч московских солдат. Это помогло вскоре, в августе 1677 p., Выдержать многодневную осаду турецкой армии Ибрагим-паши. Управляя 20-тысячное казацкое войском, гетман Самойлович вместе с подразделениями Г. Ромодановского 28-29 августа разгромил часть турецкой армии у Бужина, повлекшее уход турок из-под Чигирина, залога которого держалась из последних сил.

В ноябре 1677 стольник Карандеев предложил И. Самойловичу «посоветоваться со старшиной о военных и другие дела свои, которые будут к заключению польских договоров, а вперед ... прислать статьи ». Несмотря на то, что на старшинской раде такие предложения-«статьи» были произведены, генеральному писарю В. Кочубею, который вез их в Москву, Самойлович поручил донести царю Федору Алексеевичу свою решительную позицию. Она заключалась в том, что россияне не должны вести разговор с польскими послами об отдаче Речи Посполитой какой-либо части Правобережной Украины, а особенно Киева и Чигирина. Гетман Самойлович писал благодарность И. Иванова в лысеют от 19 декабря 1677 о том, что украинским народом на переговорах с поляками разменивались «как скотиной которой должны торговать», но «народ малороссийский за угнетение и особенно гонения на веру отторгнувшегося от Речи Посполитой и свободно подвергся государю московскому ». Региментар даже хотел уехать в Москву, чтобы лично принять участие в переговорах, но русские, предвидя реакцию польских дипломатов, всячески отговаривали его от этого. Вместе с тем, среди московских дипломатов существовала и другая точка зрения относительно решения «украинского вопроса» - во второй половине 1677 Ордин-Нащокин предложил Федору Алексеевичу созвать в Киеве съезд представителей всех стран, заинтересованные в проблеме определения международного статуса Украины : «И теперь нужно с султаном тур-ским царству Московскому искать прочного мира, а королевство Польское от совета общей не отталкивать». Кроме того, Ордин-Нащокин предусматривал призвать на этот международный съезд представителей Украины, Молдавии, Болгарии и Сербии.

17 августа 1678 в Москве был заключен очередной польско-российский договор, подтверждающий положения 1667 А 31 января 1679 г. в Гродно снова состоялось совместное заседание польских и российских дипломатов, на котором должна решиться проблема «в.ичного мира». Польша в очередной раз потребовала от Москвы возвращения Киева. Послы отвечали, что поляки сами отдали Киев и всю Правобережную Украину в руки турок, в результате чего возникла новая война и «бунт казацкий, которые за отечество свой Киев имеют». Таким образом, как суммировали русские послы, Польша не имела никакого права требовать возвращения Киева и украинских земель. Пока московские и польские дипломаты обвиняли друг друга в невыполнении Андрусовского договоренностей, левобережный гетман И. Самойлович проводил собственную политику по Правобережной Украине, которая в то время состояла в т. н. «Великих сгона» местного населения на Левобережье.

Московский царь в своей грамоте к левобережного гетмана от 10 января 1678 утверждал, что все правобережные города, отвоеванные у турок, никогда не будут отданы Польше. Он обещал, что присланные украинских статьи впишутся инструкциям для московских дипломатов. Кроме того, в Украину постоянно присылаться «списки из их разговоров с поляками». Озабоченность судьбой правобережных земель отражалась в обращении И. Самойловича к стольника В. Тяпкина: «Между тем, как у нас в казацком народе постоянно одна мысль и один намерены и дело, кто владеет Киевом и Чигирином, потому должен быть покорен весь малороссийский народ».

Одновременно с дипломатическими мерами И. Самойлович приказал своим полковникам начать подготовку к войне с турками. За год-до этого польский резидент Свидерский жаловался московском, правительства на то, что Самойлович именует себя «гетманом  обеих сторон Днепра» и занимает «Дорошенко города», на которые претендовала Речь Посполитая. Понимая, что международная ситуация складывается не в его пользу , 1. Самойлович решил уничтожить все крепости на правобережной Поднепровье, а их население расселить на Левобережье и Слобожанщине. Осенью 1678 начался первый этап «большого сгона». 4 сентября гетман приказал каневском полковник Д. Пуш-каренку, чтобы «кто бы с вами идти не захотел, то й того для совместной единодушия, силой с собой оттуда  внедрите ... сюда в Переяславец ». Чтобы не оставлять султану и Хмельницком базы для материального обеспечения и пополнение человеческими ресурсами своих ресниц £ ьк, на Правобережную Украину в октябре был выслан специальный отряд во главе с полковником Лысенко для переселения всех ее жителей и сожжение городов и поселков. Со следующего года начался новый этап этой операции. Сын гетмана Семен Самойлович вместе с отдельными сотнями Киевского, Переяславского, лужайке, Нежинского и двух компанейских полков и отрядом русского воеводы Л. Неплюева конце февраля 1679 заняли Ржищев, а впоследствии Канев и Корсунь. Жители этих городов вместе с населением Черкасс, Жаботина, Мошен, Драбовкы «на эту сторону  соберутся и от неприятеля отлучены, а села и городки в той стороне все без остатка сожжены».



И. Самойлович все-таки сумел убедить не только свою старшину, но и московское правительство в целесообразности союза с турками. Для заключения мирного договора с Портой и Крымским ханством в ноябре 1680 в Бахчисарай в составе российского посольства отправился представитель гетманского правительства С. Ракович. Ранее стольник В. Тяпкин, который на пути в Крым останавливался в Батурине, выслушал предложения гетмана Самойловича по конкретному содержания будущего договора. Заключения Бахчисарайского мирного договора 1681 можно считать внешнеполитическим успехом именно гетманской администрации, ведь левобережный гетман И. Самойлович, по сути, был его создателем.Однако после полученного «списка» Бахчисарайского договора в августе 1682 г. Левобережная гетман Украины выразил недовольство этими постановлениями. Он откровенно писал в Москву: «списке с утвержденной султана грамоты ... оказывается нам очень досадливо и вредно ..., что  Алтан Турский позволяет между реками Днепром и Бугом для своей пользы поселения оказывать человеческие и обладателей своих в той стороне мать хочет, а послы Ващи имели приказ, чтобы между этими реками людей не селить ». Вскоре посол Тяпкин отчета-вался перед царями: «Гетман Самойлович просил нас, чтобы донесли И. Ц. В.вместо заднепровских пустых сторон, которые сейчас за перемирнимы договорам учинилися за Султаном Турским пожалел бы В.Г.  его Гетьмана по численные его верные и непрестанные службы и по отнятия чести его обеих сторон Днепра, честь от него теперь отошла в сторону Султана Турского, указал быть тем всем народом быть единственным под его гетманскую власть и булавой ».

Относительная поражение на дипломатическом фронте заставила гетмана применять другие средства для того, чтобы не дать Турции и Польши овладеть Правобережьем. На призывы противной стороны к населению Левобережной Украине переходить на правобережные земли И. Самойлович ответил укреплением границ и изданием универсалов, где под угрозой «беспощадного наказания на горло» запрещалось переходить через Днепр. Реагируя на обращения Яна III Собеского с предложением к украинским «с обеих сторон» Днепра переходить на его сторону для борьбы с турками, левобережный гетман в мае 1682 г. издает универсал ко всему казачества, в котором говорилось: «... поляки ... переваблюють и поощряют наших людей ... на жизнь в тогобичну пустую Украины, а особенно на военные победы, обманчиво  большую свою уважливисть и древние вольно-сти, чтобы .... не слушали нестатечних звидцив и раскольников мира ». Но не только Польша переманивала на свою сторону левобережных казаков - в марта 1683 г. Самойлович с негодованием сообщал в Москву, что к нему приехал посол от крымского хана Мурат-Гирея с просьбой предоставить 10-тысячного войска. Одновременно ханские призывные письма распространялись во всех левобережных полках. Чтобы обезопасить свои владения от довольно частых переходов, И. Самойлович выставляет пограничные заставы «от Запороги по Киев и по Батурин крепкие». Течение всего 1684 за гетманским приказу были казнены двадцать казаков, а в Москву было отправлено в кандалах переяславского полковника Войцях-Сербина, который хотел перейти на службу к польскому королю. Самойлович арестовал даже женщину правобережного гетмана А. Могилы, проживавшая на Левобережье. В конце 1683 p., Презрев международными соглашениями, И. Самойлович сделал попытку отодвинуть западные границы левобережной части Украинского гетманата вблизи Киева, а летом 1684 пытался овладеть Богусла-вом. Только благодаря тому, что комендант польского гарнизона сжег город и уничтожил мост через Днепр, гетман был вынужден отвести свои войска.

Время гетманское правительство продолжает оказывать необходимые консультации московскому царю по различным вопросам международного развития восточноевропейского региона, в т.ч. и по российско-турецких переговоров, которые после заключения Бахчисарайского мира между государствами продолжались с целью уточнения отдельных его положений в Стамбуле. Конечно, больше всего И. Самойловича волновал вопрос статуса украинских земель. Он подал на рассмотрение российского монарха четыре статьи, которые, по его мнению, «исправили» ряд бахчисарайских договоренностей по Украине. Во-первых, отмечалось что «обережено» Запорожья, во-вторых - «... утвержден, чтобы как на той стороне Днепра, туркам остается, так и на этой стороне, в высоком В. М государстве остается, городов вновь не строить ... до тех до-ей не принадлежало », в-третьих - гетман писал, что турецкий султан захотел делать свои поселения между Бугом и Днепром, а« послы Ваши имели указ, чтобы между этими реками людей не селить и татарам не ночевать » , во-четверг-е - Самойлович обращал особое увиагу своего сюзерена на то, что султан «хитростью басурманской постановил», чтобы население Левобережья без препятствий могло переходить на Правобережье, а потому гетман требовал, чтобы российский посол П. Возницын «крепко настоял» на том, чтобы это положение было вписано в ратификационной султанской грамоты. В настоящее время левобережный гетман говорил, что можно заключать «вечный мир», но при условии отказа Варшавы от Киева, Правобережной Украине и Запорожье, а также ведение совместных военных действий против Крыма. Очевидно, что такие предложения Самойловича были невыполнимыми и, пожалуй, именно поэтому он их предложил российской стороне.

В июне 1683 московский царь прислал Самойловичу записи переговоров с австрийскими послами Я. Жировським и С. Блюмберком, которые, протежируя Речи Посполитой, договаривались с российским правительством о заключении «вечного мира». Проанализировав предыдущее видение московской и венской дипломатии, в конце года гетман отказался от предложения царского правительства прислать украинских представителей на заседание московско-польской комиссии в Андрусове и Каджини. «За милость монаршую милейшая-Стиву вам, большим государям, покорно благодарим. Но, одно для малого времени также и для труда наших, тех лиц послать не успели », - дипломатично отписывал Самойлович в Москву 27 декабря 1683 Считаем, что это было своеобразным протестом левобережного правителя против заключения сепаратного договора между Речью Посполитой и Московским государством . Кроме того, по опыту предыдущих переговоров в Украину было хорошо известно, чем заканчиваются такие «приглашение» - польская сторона отказывалась с «мужиками» вместе заседать.

 

Читайте также: